От субкультур — к солидарностям и назад к субкультурам?: Споры о терминах и этнография молодёжной социальности

Елена ОМЕЛЬЧЕНКО

 

Завершаем публикацию исследования известного социолога. Начало читайте в №16 за 2016 год.

 
Возрастающую роль в характере коммуникации различных групп играют гендерные режимы молодёжных сцен, практики презентации гендерной идентичности и сексуальности. Здесь происходят активное экспериментирование и игра с полом (аниме), продвижение новых сценариев сексуальной свободы (хипстеры) или пропаганда аскезы (стрейтэджеры), борьба за отстаивание «правильной/нормативной» маскулинности и фемининности (готы, эмо, скинхеды, панки). Актуализируются также про- и антигомофобная риторика и практики в символическом и реальном противостоянии различных солидарных групп.

Одной из самых важных исследовательских находок было обнаружение популярности антикапиталистических настроений и практик как значимого стимула солидаризации молодежи, включенной в различные группы. Эти настроения могут принимать самые разные формы: от культурно-символических противостояний до активных протестных действий и выступлений. Публичные протестные солидарные действия становятся комбинированными формами символического (ритуального) и реального сопротивления. Это переформатирование молодёжных культурных сцен связано с изменением места и роли молодёжных культурных меньшинств в глобальных изменениях мирового порядка и социального устройства национальных государств. Сохраняя элементы театрализации и эксцентричной игры с символами и культурными кодами миксовых субкультурных идентичностей, новые молодёжные движения и солидарности становятся ключевыми факторами развития сетевых взаимодействий и коммуникаций, формируя политические площадки, развивая языки сетевых мобилизаций, расширяя горизонты потребительских практик, отстаивая новые солидарные смыслы справедливости, искренности и доверия.

Крайне актуализируется понятие социальной справедливости, межгруппового и межпоколенческого доверия. Расширяется пространство молодёжных групп, ориентированных исключительно на постматериальные ценности. Подобные контркультурные, вне/антисистемные солидарности включают в себя разные протестные группы: молодёжь среднего класса, представителей креативного, интеллектуального сектора, айтишников, активных блогеров и сетевиков, необязательно идентифицирующих себя с оппозицией. Важный элемент новых молодёжных солидарностей — значимость личного контекста участия и удовольствие не только от присоединения к коллективному телу «своих», но и от получения уникального индивидуального опыта и приобретения новых навыков и компетенций.

К концу первого десятилетия нового тысячелетия отчётливее проявились основные векторы радикализации отдельных молодёжных солидарностей. Их ценностными якорями становятся про- и антипатриотические, про- и антимигрантские настроения, отношение к нормативным или альтернативным гендерным режимам, принятие или отказ от монопартийных систем, разные прочтения идей справедливости и прав человека.

Для преодоления спора между субкультурными и постсубкультурными теоретиками стоит перестать фокусироваться на форме и перейти к анализу существа — субстанции молодежной культуры. Это поможет включить в поле зрения широкий спектр культурных практик, повседневных коммуникаций, связанных с музыкальными спортивными, образовательными интересами, включенностью в неформальную экономику, потребительскими (не/нормативными) практиками приема алкоголя и наркотиков, специфическими территориальными активностями. Это позволяет преодолеть представление об изолированности «субкультурных» и мейнстримных молодежных культур и увидеть, что молодежные культурные практики ограничены теми же социальными противоречиями и неравенством, что и общество в целом.

Центральное место в формировании эмоциональных связей внутри молодёжных культурных формирований занимает коммуникация, которая может служить маркером культурных траекторий индивидов (субкультурных карьер). Эти траектории могут пересекать молодёжные культурные сцены не только вертикально (восходящая и нисходящая культурная мобильность), но и горизонтально (от одной идентичности — к другой, от изолированных субкультурных сцен — к мейнстриму, и наоборот).

Развиваемый концепт солидарности помогает вывести молодёжные исследования из-под патронажа и контроля молодёжной политики, преодолеть субкультурное «проклятие» путём введения более мягкого способа описания молодёжной реальности, преодолевающего субкультурные барьеры. Ряд ценностно-смысловых континуумов задает измерения молодёжного пространства, что позволяет учитывать как полярные (жесткие) варианты принятия или отторжения ценностных позиций, так и периферийные, пограничные, диффузные его формы.

Молодёжь — один из самых привлекательных и интересных сюжетов для исследовательского анализа. Важно, чтобы в этих исследованиях громче звучали голоса самой молодёжи, чтобы они учитывали молодёжное разнообразие и были в минимальной степени политически ангажированными проектами, ориентированными на «исправление» неправильных молодых и неправильной молодости. Наши исследования продолжаются.

 


 
Литература

  • Омельченко 2004 – Омельченко Е. Молодежь. Открытый вопрос. Ульяновск: Симбирская книга, 2004.
  • Омельченко, Пилкингтон 2012 – Омельченко Е., Пилкингтон Х. (ред.). С чего начинается Родина: молодежь в лабиринтах патриотизма. Ульяновск.: Изд-во Ульяновского гос. ун-та, 2012.
  • Pilkington, Omelchenko 2013 – Pilkington H., Omelchenko E. Regrounding Youth Cultural Theory (in Post-Socialist Youth Cultural Practice) // Sociology Compass. 2013. Т. 7. № 3. P. 208–224.

 
Публикуется по: Этнографическое обозрение. 2014, № 1

 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*