Так ли уж не форматирован неформатированный текст?

Александр ПУРНИК

 

Избалованные современными средствами форматирования текста, мы считаем формат «text only» («только текст», известный также как формат файла «.TXT», где, кроме символов текстового кода, нет больше ничего) текстом неформатированным. А давайте задумаемся над вопросом: а действительно ли такого рода текст столь уж не форматирован? И как давно такой текст считается неформатированным?

 
Возможности, о которых пойдёт речь, появились вместе с пишущими машинками и, как следствие, обеспечивали тот уровень форматирования, который она способна предоставить. Исторически у пишущих машинок шрифт был моноширинным (все литеры, включая точку и литеру Щ, имели одинаковую ширину). Самым старым из сохранивших к нашему дню собственное имя, видимо, является моноширинный шрифт Тео Ван Дуйсбурга (1919). Сегодня такой шрифт для компьютера известен как Courier. Технически идея моноширинности проще всего реализуется именно у пишущей машинки. На любом рычаге, связанном с любой её клавишей, площадка под литеру сделана стандартной. Такой подход позволяет изготавливать стандартные литеры отдельно от машинок и, при необходимости, менять у них шрифт, переходя, например, с латиницы на кириллицу. С точки зрения форматирования текста, такой шрифт максимально удобен, хотя и мало эстетичен.

 

Строчные и заглавные (прописные)

С давних времён все привыкли к тому, что большая часть слов пишется маленькими (строчными) буквами. С заглавных же начинаются лишь имена (и приложения), иногда в тексте ими выделяют отдельный фрагмент (в этике интернета текст заглавными литерами принято считать «повышением голоса», что далеко не везде считается допустимым).

Внедрение в СССР первых малых ЭВМ и первых компьютерных принтеров позволило поставить эксперимент, ответивший на вопрос: а так ли необходимо разделение литер на строчные и заглавные. Использовавшийся на Западе для кодирования текстов семибитный ASCII код давал всего лишь 127 различных кодов. Для латиницы и кириллицы этого было недостаточно. Чтобы сохранить максимальную совместимость с латинскими текстами, было решено оставить латиницу строчной, а для кириллицы использовать заглавные литеры. Надо сказать, что после минимального привыкания чтение текста, написанного только заглавными литерами, переставало напрягать. Даже удавалось согласовывать в высших инстанциях ведомственные нормативы по выпуску техдокументации заглавными буквами в части кириллицы и строчными — в части латиницы.

Маленький технический казус на начальном этапе внедрения кириллицы при адаптации в СССР компьютеров, изначально ориентированных только на латиницу, позволяет вспомнить о том, как обстояли дела со строчными и прописными литерами раньше.

Исторически текст писался только заглавными (одинаковыми по высоте) литерами. Такое алфавитное письмо называлось маюскулом, оно доминировало в рукописной традиции римского письма до II века н. э. (в греческом письме доминирование сохранилось до III века).

 

Рис. 1. Образец римского капитального шрифта (маюскул) на Триумфальной арке Тита

 
Со II—III веков потребности скорописи привели к использованию в текстах на латинице литер различной высоты. Письмо, состоящее из строчных букв, называлось минускул. В греческом рукописном письме вытеснение строчными буквами затянулось и окончательно оформилось в IX—X веках. В латинице эталонным считается так называемый каролингский минускул (VIII—IX вв.), в котором удалось получить удобство чтения при сравнительной простоте и небольших размерах литер.

 

Рис. 2. Фрейзингенские отрывки из Словении — один из первых славянских письменных памятников. Выполнен каролингским минускулом

 

Великий местоблюститель (пробел)

У государя Петра Алексеевича при его отлучках появлялся местоблюститель престола князь-кесарь Фёдор Ромодановский. В тексте тоже есть свой местоблюститель литеры, имя которому «пробел». К чему привела идея звукописи (записи литерами алфавита звуков, которые произносятся при разговоре)? Изначально литеры были только для значащих (явно звучащих) звуков. Отсутствующий звук в промежутке между словами литеры не имел, и того, что сегодня называется пробелом, на письме довольно долго не было вообще. В греческом и латыни пробел устойчиво появляется только со второго тысячелетия нашей эры. В обязательном порядке пробел «утвердился» в XVI веке, хотя вплоть до XVII века встречаются некоторые рукописные книги, написанные без пробелов.

 

Рис. 3. Пример текста без пробелов – образец кириллического письма, известный как супрасльская рукопись

 
Как только народ не изгалялся, чтобы сделать разделение между словами. Использовались специальные начертания литер в начале или конце слова, писали слово без отрыва руки (пробел подразумевался там, где между литерами не было соединительной линии). В экстренных случаях выделяли ключевые слова подчёркиванием (этот приём сохранился в рукописной практике и сегодня; в форматированном тексте такой способ выделения также имеется, но в неформатированном тексте такой возможности нет) или надчёркиванием.

Для визуализации пробела использовались символы, похожие на символы визуализации пробела в сложных графических редакторах. Использовалась и точка между словами (в середине литеры по высоте). После того, как завершение предложения стали отмечать точкой в нижней части литеры по высоте, стали использовать двоеточие. Бесхозный кусочек дорогого носителя (пергамента или кожи), на котором нет совсем ничего, судя по всему, смотрелся нелепо.

В моноширинных шрифтах пробел легко использовался для указания красной строки в начале абзаца. С помощью пробела легко моделируется аналог таблицы. Вставляя в строке нужное количество дополнительных пробелов, легко можно добиться аналога «выравнивания по ширине».

Пробел — отнюдь не единственный знак препинания, который появился далеко не сразу. Такие знаки, как точка, запятая, точка с запятой, двоеточие, многоточие и тире, также имеют длинную и непростую историю. Ведь, помимо тире, существуют дефис, укороченное тире, длинное тире, у которых разный смысл и разные правила использования.

Наш маленький экскурс в историю того, что принято называть неформатированным текстом, демонстрирует не только то, что письменность формировалась в течение длительного времени, но и общую проблему оформления на письме непроизносимых звуков и пауз. Ведь ни знаков препинания (строго говоря, к ним относится пробел), ни заглавных звуков в речи нет… И дело тут не только в записи текста. Проблема «знака для того, чего нет» явно просматривается и в математике. Ноль, строго говоря, — это и есть то, чего нет. Появился он далеко не сразу и далеко не во всех своих ныне известных ипостасях. Но рассказ об этом — уже в следующей статье.

 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*