Гузель ЯХИНА: Территории свободы

 

Наш сегодняшний собеседник — российская писательница Гузель Яхина, автор самого громкого литературного дебюта последнего десятилетия — романа «Зулейха открывает глаза», собравшего богатый урожай премий и прессы. В этом году «премиальный фонд» книги пополнился ещё одной наградой — читатели Российской государственной библиотеки для молодёжи назвали «Зулейху» лучшей книгой 2015-2016 гг. 30 ноября 2017 года на книжной ярмарке ‘Non/Fiction’ писательнице была вручена «Премия Читателя», учреждённая РГБМ.

Говорим с Гузель только о самом главном.

 
— На вашу книгу обрушился успех, о котором дебютант может только мечтать, — букет из ключевых литературных наград, внимание критиков и журналистов. Но издатели, я слышал, отнюдь не сразу проявили интерес к роману.

— После того, как закончила писать роман, сразу же начала искать издательство — буквально на следующий же день. Поиски длились несколько месяцев. Наверняка другие начинающие авторы проходят примерно тот же путь, стучатся в те же двери. Сначала я пробовала напрямую попасть в издательства, «с улицы», в «самотёке»; затем — через толстые журналы; затем — через конкретных людей. Постучалась в сто дверей, сто первая — открылась. Поддержка на этапе поиска была очень важна. Журнал «Сибирские огни» опубликовал избранные главы из «Зулейхи» — это был уже позитивный знак от профессионального сообщества; спасибо их редактору Виталию Сероклинову. А главное, спасибо, конечно, Елене Костюкович, известному переводчику и писателю, владелице литературного агентства, с которым мы в итоге стали работать. Именно благодаря литературному агентству роман и нашёл в итоге издателя — счастье, что этим издателем стала Елена Даниловна Шубина.

— Роман уже перевели на 22 языка. Как книгу воспринимают за рубежом?

— Когда писала роман, даже не думала о переводе на какой-либо иностранный язык. Согласитесь, сложно представить себе что-то более далёкое от читателя в Китае, к примеру, или в Швеции, или в Америке, чем судьба раскулаченной татарки, жившей восемьдесят лет назад. Однако неожиданно книгу захотели перевести довольно много издательств за рубежом. Для меня человеческое, психологическое в романе было важнее политического — возможно, именно это сыграло роль. Первый перевод на иностранный — финский — язык вышел ровно год назад, в ноябре 2016-го; затем последовали голландский, немецкий, китайский, французский и другие. Воспринимают роман, по-моему, с интересом. На встречах читатели задают очень интересные вопросы. Назову несколько цифр: общий тираж в Германии на сегодня составляет 13 000 штук, к примеру, в Китае — 8 000 экземпляров.

— Заметил, что критики в оценке романа на удивление не единодушны, очень полярные мнения.

— Да, мнения критиков порой расходились. Кто-то увидел в романе продолжение серьёзных традиций лагерной прозы, а кто-то — недопустимую беллетризацию темы репрессий. Кто-то относил роман к магическому реализму, а кто-то — к скучному и, казалось, давно похороненному соцреализму. Кто-то называл историю «гимном татарской женщине», а кто-то — «очернением татарского народа». Я спокойно отношусь к тому, на какую полку ставят книгу. Главное — что её читают.

— Вы закончили ВГИК, и «Зулейха открывает глаза» задумывался как сценарий для фильма, а не как роман. Что заставило перенести задумку в плоскость прозы?

— Понимание, что в виде сценария эта история, увы, не получит продолжения. Да и сам сценарий-то писался для того, чтобы простроить структуру истории, лучше её почувствовать — и, уже имея подробный план в виде сценарного текста, развернуть его в романный.

— Прошли слухи, что всё-таки стартовали съёмки над сериалом по книге…

— Съёмки ещё не начались, до этого далеко. Пока всего лишь заключён договор на экранизацию с каналом «Россия». Речь идёт о телевизионном сериале на 8 серий. Сценарий написан, я его прочитала и высказала свои комментарии. Мне предлагали писать сценарий самой, но я отказалась: посчитала, что лучше пусть это сделают опытные профессионалы. Более того, моё активное участие и вмешательство в процесс, думаю, мешало бы сценаристам. Теперь дело за формированием команды проекта и уже только после этого — переход в подготовительный к съёмкам этап и сами съёмки.

— Роман «Зулейха открывает глаза» оказался очень популярен именно среди молодых читателей. Как думаете, почему?

— Возможно, дело в том, что роман — благодаря своему сценарному происхождению — очень визуален. А мир сегодня, и особенно молодёжь, стремится к визуальности.

— А вам часто приходится общаться с молодёжью? Традиционно каждое новое поколение принято ругать за «инакость». Есть за что поругать нынешнее?

— Честно говоря, не очень часто. Писательство, сценаристика — довольно одинокие профессии, круг моего общения в принципе довольно невелик. Моей дочке 13 лет, поэтому я общаюсь больше с подростками. А то, что молодёжь другая — это же прекрасно. Никогда прежде мир не менялся так стремительно, как сегодня. Естественно, что и разница поколений в этом меняющемся мире — резче.

— Вы не самый активный писатель: за несколько лет всего несколько рассказов и роман. Для современного прозаика в условиях высокой плотности литпроцесса такая неспешность — большой риск постепенно «затеряться». Вы «медленный автор» или всё-таки проза — не главное в вашей сегодняшней жизни?

— Мне кажется, что если уж писать — то на пределе авторских возможностей и только о самом важном. Для меня главное — чтобы самой не было стыдно за написанные тексты, пусть они выходят не каждый год или два.

— Можете раскрыть ближайшие творческие планы? Когда читателям ждать новую встречу с писателем Гузель Яхиной?

— Сегодня я уже без излишней нервозности могу произнести эти два слова — «второй роман». Потому что заканчиваю его. Надеюсь, что через пару месяцев сдам текст — и роман «Дети мои» появится в 2018 году в Редакции Елены Шубиной. Он посвящён судьбе поволжских немцев — истории немецкой автономии на Волге. Романное время охватывает пару десятилетий — с шестнадцатого по тридцать восьмой год. Главный герой — деревенский учитель. Мне было интересно не просто пересказать языком литературы исторические факты, а на примере судьбы советских немцев поразмышлять о вечных вопросах. Магистральная тема романа — страх. Чем является страх для нас — платой за жизнь? Или двигателем жизни? Как один страх сменяет другой? Что помогает нам в итоге побороть страхи? И как страхи личностные уживаются со страхами социальными — в тоталитарном обществе?

— Ну, и, наконец, последнее. В ноябре роман «Зулейха открывает глаза» получил «Премию Читателя», учреждённую библиотечным сообществом России. Рэй Брэдбери назвал библиотеку «своими университетами». Что для вас библиотека?

— Я — библиотечный ребёнок. Начиная с первого класса была записана во все возможные библиотеки — и школьную, и районную, и в пионерском лагере; позже – в городскую, университетскую… Для меня библиотеки — это территории свободы: стоя у полок, ты волен выбирать автора и текст, с которыми проведёшь ближайшие несколько дней или недель — и которые в итоге непременно повлияют на тебя. И иногда — очень сильно.

 
Вопросы задавал Евгений ХАРИТОНОВ
(при участии Молодёжного читательского совета РГБМ)


 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*