Владимир Клюев: «Золотой канон» современной библиотеки

 

Наш сегодняшний собеседник — известный специалист в сфере библиотечного дела и профильного образования, профессор, заведующий кафедрой Московского государственного института культуры, председатель Учебно-методического совета вузов России по библиотечно-информационному образованию, Почётный работник высшего профессионального образования РФ Владимир Константинович Клюев. Разговор, естественно, пошёл о библиотечном образовании, но не только об этом.

 
— Слышал, что вашу профессиональную судьбу во многом определила Юношеская библиотека на Преображенке? Это правда или красивая сказка?

— Да, сущая правда! И не только профессиональную… Но всё по порядку.

Приходя заниматься школьником старших классов в ГРЮБ, я невольно наблюдал за сотрудниками, их слаженной работой и чёткими ответами на вопросы многочисленных читателей, выстраивавшихся перед кафедрами в «интеллектуальную» очередь. С некоторыми из библиотечных сотрудников встречались многократно и общение становились всё более неформальным. Как-то спросил: почему они пришли сюда работать, что это за профессия? Потом не раз видел группы молодых ребят на обслуживании и беседовал с ними – оказались практиканты библиотечных факультетов МГИКа и из Библиотечного техникума. Постепенно стал ненароком погружаться в эту заинтересовавшую меня область деятельности, что послужило своеобразным прологом выбора профессии. В конце девятого класса пришла пора определяться с вузом и я, будучи уже наслышанным про Институт культуры, поехал туда на День открытых дверей и решил (к вящему удивлению моих родителей!) поступить на его подготовительные курсы в Сокольниках, о которых мне тоже рассказали студенты, и пойти потом учиться на библиотекаря… Вот так эта Библиотека фактически предопределила мою дальнейшую профессиональную судьбу, за что я ей безмерно благодарен!

В студенческие годы я продолжал посещать Библиотеку как преданный заинтересованный читатель, готовя учебные рефераты, изучая профессиональные журналы, работая над курсовыми проектами. ГРЮБ стала одной из баз моего дипломного исследования, посвящённого изучению круга самообразовательного чтения рабочей молодёжи: я анализировал здесь читательские формуляры, распространял анкеты, проводил интервьюирование, был допущен в фонд методического кабинета с уникальным собранием специальных изданий самой библиотеки и библиотек сети. Это то, что касается моей профессионализации при определяющей роли Юношеской библиотеки на Преображенке.

Ну а теперь о сугубо личном… Наконец, именно здесь родилось моё позднее семейное счастье, когда в лице Марины Павловны Захаренко (которая приехала из Омска по приглашению Ирины Борисовны Михновой в Москву на работу в РГЮБ и поступила в аспирантуру нашего вуза) я обрёл самоотверженную заботливую Жену и верного Друга-единомышленника!

Вот таким образом в отношении с РГБМ у меня теснейшим образом переплелось профессиональное и глубоко личное…

 
— А сегодня поддерживаете контакты с РГБМ? Есть совместные профессиональные проекты?

— Конечно! Я — многолетний член Учёного совета Библиотеки, а с недавних пор вхожу ещё и в Попечительский совет РГБМ…
Что касается совместных проектов, то все они реализуются в текущем режиме на постоянной основе — прежде всего, учебно-образовательные, научные и методические.

РГБМ — инновационная площадка для учебных исследований наших студентов и изысканий аспирантов, новаторская база практики бакалавров и магистрантов, место апробации совместных концептуально-методических идей, платформа для экспертизы модернизирующихся образовательных программ и учебно-методических комплексов новых дисциплин. Со своей стороны, активно участвую в проводимых Библиотекой общероссийских профессиональных мероприятиях, работе её Учебного центра, представляю свои материалы для публикации в корпоративных изданиях.

Особо отмечу тот факт, что между возглавляемой мною кафедрой управления информационно-библиотечной деятельностью МГИК и РГБМ уже почти десять лет действует Договор о комплексном сотрудничестве. РГБМ фактически является своеобразной инновационно-творческой лабораторией кафедры и в целом социально-гуманитарного факультета, что для нас крайне важно и престижно!

 
— О профессии поговорим. Вопрос, в общем-то, традиционный, но не утрачивающий своей актуальности: библиотечное образование — стало оно лучше — хуже? Или, точнее так: каков вектор развития высшего библиотечного образования? Ведь вы как многолетний председатель межвузовского Учебно-методического совета по отраслевому образованию знаете про это не понаслышке.

— Сразу скажу, что не буду давать оценок «лучше» — «хуже», поскольку это субъективно и не конструктивно. Мы живём в существующих социально-политических реалиях и заданных Болонским процессом обстоятельствах, которые наша страна сама для себя предопределила ещё в сентябре 2003 года, подписав соответствующую международную Декларацию.

Не вдаваясь в историю, скажу лишь, что сейчас началась реализация модернизированных федеральных образовательных стандартов (ФГОС-3+) по направлению подготовки «Библиотечно-информационная деятельность», предусматривающих вариативность выбора вузами статуса (академический, прикладной) бакалавриата и магистратуры, их самостоятельность в определении перечня базовых дисциплин основных профессиональных образовательных программ.

 
— А что в планах ближайшего будущего?

— Уже началась подготовка актуализированных вариантов образовательных стандартов (ФГОС-3++), учитывающих требования соответствующих профессиональных стандартов (прежде всего, находящегося пока ещё в стадии проекта профессионального стандарта специалиста в области библиотечно-информационной деятельности) и преемственность компетенций на различных уровнях высшего образования. Важное значение приобретут соотнесение задач и объектов профессиональной деятельности, интеграция трудовых функций базового профессионального стандарта и профессиональных компетенций выпускников образовательной программы.

В более же отдалённой перспективе предполагается разработка кардинально новых федеральных образовательных стандартов четвёртого поколения (ФГОС-4) — единых для укрупнённой группы направлений и специальностей (для нас это «Культуроведение и социокультурные проекты») и одновременно по всем уровням высшего образования (бакалавриат — магистратура — аспирантура), станет возможным включение в линейку стандартов укрупнённой группы и среднего профессионального образования — для обеспечения преемственности и непрерывности подготовки.

Вот такой вектор развития высшего библиотечного образования как неотъемлемой составляющей российской высшей школы вообще — базирование на требованиях профессионального стандарта и глобализация проблемно-деятельностного поля обучения. При этом акцент делается на практико-ориентированный подход к подготовке в профильном бакалавриате (даже академическом) и развитие научно-исследовательской и педагогической составляющих обучения в отраслевой магистратуре, максимально выстраивая индивидуальные образовательные траектории студентов.

 
— Специфика библиотечной работы зависит от типа библиотеки? Вряд ли близки принципы работы, скажем, областной универсальной или научной библиотеки и библиотек, ориентированных на конкретного читателя — молодёжные, детские, библиотеки для слепых и т.п. Способна ли сегодня вузовская среда подготовить универсальных библиотечных специалистов?

— Думаю, что способна! В МГИК как раз и готовят бакалавров библиотечно-информационной деятельности общего, то есть универсального профиля.

Основная образовательная программа нашего бакалавриата реализуется четырьмя кафедрами и структурно-содержательно отражает все традиционные аспекты и современные тенденции библиотечного дела. В качестве дисциплин базовой части подготовки отраслевых бакалавров осваиваются двенадцать учебных курсов (модулей): «Социальные коммуникации», «Документоведение», «Библиотековедение», «Библиотечный фонд», «Библиотечно-информационное обслуживание», «Библиографоведение», «Справочно-поисковый аппарат библиотеки», «Аналитико-синтетическая переработка информации», «Отраслевые информационные ресурсы», «Менеджмент библиотечно-информационной деятельности», «Маркетинг библиотечно-информационной деятельности», «Лингвистические средства библиотечных и информационных технологий». Именно эти дисциплины отвечают на вопрос «чему учить?» и по содержанию их с полным основанием можно отнести к «золотому канону» функционирования современной библиотеки. Они также полномасштабно и комплексно отражают превалирующий в настоящее время деятельностно-компетентностный подход к разноуровневому профессиональному образованию.

Эти курсы получили системное методическое обеспечение — завершается федеральный межвузовский издательский проект «Бакалавр библиотечно-информационной деятельности» с линейкой одноимённых учебников, выпускаемых санкт-петербургским издательством «Профессия».

Собственно же профилизацию подготовки студентов мы осуществляем в рамках производственной практики, направляя в соответствующие библиотеки, и при выборе ими тематики и выполнении курсовых и выпускных квалификационных работ.

 
— В библиотеках много специалистов с непрофильным образованием. Как думаете, это беда или всё же норма? Что нужно сделать, чтобы молодёжь шла в профессию? Может, надо что-то изменить в системе высшего образования, поменять акценты?

— Думаю, что ко всему важно относиться взвешено! Присутствие в библиотеках сотрудников с непрофильным образованием — это неплохо, а часто даже очень хорошо, поскольку даёт некую широту взгляда на свой участок профессиональной деятельности и позволяет быть «не зашоренными». Получить необходимые специальные знания и умения вполне можно в системе переподготовки и повышения квалификации, но здесь уже задача руководителей библиотек — мотивировать на это и организационно обеспечить такой процесс.

Современная библиотека полифункциональна в своей деятельности, потому в ней требуются специалисты самых разных предметных областей — от айтишников и СКДшников до педагогов, психологов и социологов, уж не говоря о персонале так называемых «внутренних служб» — бухгалтеров, экономистов, юристов, дизайнеров и др. Для всех есть сферы приложения и, насколько мне известно, в РГБМ, например, именно присутствие «непрофильных» библиотечников позволяет особенно успешно функционировать по самым разным востребованным направлениям и осуществлять активную работу многочисленных клубов по интересам.

Что касается притока молодёжи в библиотечную профессию, то это не задача образования, а проблема руководителей библиотек, которые призваны создать необходимые организационно-управленческие условия для привлечения таких кадров. Опять-таки, ваша Молодёжная (во всех отношениях!) библиотека тому яркий пример, когда количество сотрудников до 35 лет составляет почти половину коллектива, потому что работать здесь интересно, творчески, востребовано и престижно…

Ну а наше библиотечно-информационное образование — оно в целом, как я уже сказал, неплохое, даёт широкую гуманитарную, информациологическую, социально-коммуникационную подготовку студентам, которые, если не идут работать по профилю диплома, то самореализуются в сферах компьютерных технологий, документационного обеспечения управления, банковского сектора услуг, потребительского сервиса, туриндустрии и т.п. Это тоже своеобразная «сертификация» знаний, умений и навыков наших выпускников, уровня их конкурентоспособности на рынке труда. Со всей ответственностью констатирую, что за последние годы среди безработных нет выпускников МГИКа нашего направления подготовки!

 
— Вот в советские годы (а сегодня, например, эта практика сохраняется и в Белоруссии) существовала система обязательного распределения выпускников вузов. Может, зря мы отказались от неё? Или нет счастья из-под палки?

— В данном случае я соглашусь, что от системы распределения выпускников очных отделений вузов мы отказались напрасно. Речь, конечно, идёт о студентах, обучающихся на бюджетных местах. Государство инвестирует немалые средства в их профессиональную подготовку и вполне логично ожидать отдачу в форме результативного труда по профилю получаемого диплома. Выпускник бюджетного обучения просто обязан «отработать» потраченные на него ресурсы или компенсировать их денежно. Думаю, что правильно было бы заключать при поступлении в вузы с такими абитуриентами персонифицированные договоры (тем более, сейчас переход на т.н. «подушевое» финансирование образовательного процесса) и предусматривать не менее трёх лет работы в нужных государству сферах предметной деятельности и даже конкретных организациях.

Прежний советский опыт здесь очень показателен и могу судить даже по выпуску нашего потока студентов-очников библиотечного факультета МГИК 1978 г., которые «распределялись» вместе со мной и подавляющее большинство из нас так и остались в профессии. Многие достигли серьёзных карьерных успехов, в том числе возглавляли и/или продолжают руководить республиканскими и областными библиотеками, работали и/или продолжают оставаться замдиректорами федеральных библиотек, трудятся директорами и/или ведущими специалистами многих городских и районных ЦБС, а также ведомственных библиотек. Я уж не говорю про сферу нашего профессионального образования, где некоторые тоже успешно работали и часть из нас продолжат работать… И это близкий мне пример только по одному, хотя и достаточно многочисленному, студенческому выпускному курсу.

Уверен, что в какой-то форме «отработка» после дневного обучения на бюджетной основе будет возвращена! Как известно, в отношении медицинских вузов этот вопрос уже начал переходить в практическую плоскость… Ну, а в Республике Беларусь очень мудро поступили, что не поторопились с отказом от распределения выпускников высшей школы!

 
— В завершение нашей беседы спрошу о глобальном — вашем видении современной публичной библиотеки, её места в обществе, востребованности в условиях повсеместной виртуализации жизненного пространства и всех сфер деятельности. Иначе говоря, озвучьте свой «золотой канон» современной библиотеки.

— Интересный и ожидаемый вопрос… Можно со всей очевидностью утверждать, что при существующей разветвлённой системе социальных коммуникаций, интенсивной интернетизации общества, а также в условиях изменения образа и ритма нашей жизни, объективного сокращения свободного времени публичная библиотека обречена на изменение своих приоритетов и форм деятельности. Давно назрел переход от привычной многим библиоцентристской концепции развития большинства отечественных библиотек (предлагаем то, что имеем и считаем нужным/возможным/правильным) к пользовательско ориентированному обслуживанию — кому и что может быть необходимо в библиотеке как общественном пространстве, созданном и содержащимся на средства налогоплательщиков. Библиотекам важно адекватно реагировать на нужды-потребности-запросы социума и быть «подотчётными местному сообществу».

Логично привнести в деятельность современной общедоступной публичной библиотеки активную маркетинговую составляющую «клиенториентированности», позиционируя себя и свои возможности не только как средство/место получения знаний и информационной навигации, но и площадки для коммуникаций, «общественной гостиной», места релаксации и интеллектуального досуга, с одной стороны, а также пространства для делового пребывания и комфортного занятия «своими текущими делами», с другой стороны. То есть в системном проявлении библиотека способна выступать трёхчастно: собственно библиотекой (в обыденном понимании, но с актуальными сервисами и ресурсами), а ещё в качестве безбарьерной площадки для межличностного общения и интеллектуального досуга (бесплатный аналог популярных антикафе) и своеобразным мини-офисом в публичном пространстве (коворкинг). В таком функциональном понимании и проявлении общедоступная публичная библиотека реально становится актуальным для различных пользовательских групп и востребованным универсальным пространством.

В последние годы публичные библиотеки всё чаще позиционируют себя как «третье место» — после дома и работы /учёбы, как доступная общественная площадка. Анализ успешной зарубежной и отечественной практики демонстрирует, что библиотека превращается в «центр притяжения местного сообщества» тогда, когда ориентирована в своей повседневной деятельности на решение социальных проблем населения, обеспечение самореализации разных групп пользователей, гарантирует безопасное и комфортное пребывание в своих стенах. Социальный феномен «третьего места» в том, что это реальная потребность людей — работать не в офисе и не дома; и не только работать, но и обмениваться информацией с другими людьми, знакомиться, взаимодействовать, развлекаться «наедине со всеми»… В этом контексте становятся особенно актуальными безбарьерность среды, удобство графика работы, дружелюбие персонала. Именно «человекоориентированность» позволит библиотеке активно привлекать пользователей и реально стимулирует её востребованность, а значит — поддержку учредителя и, главное, гарантированное развитие в новых социально-культурных условиях.

Далеко за примерами ходить не надо — в качестве современного успешного пользовательско ориентированного и активно востребованного библиотечного обслуживания правомерно позиционировать вашу Российскую государственную библиотеку для молодёжи. Здесь всегда помнят, что человеку библиотечные услуги нужны не сами по себе, а лишь в связи с его личностными потребностями в социализации, карьере, формировании имиджа, удовлетворении познавательных потребностей, эмоциональной разгрузки. При этом он как личность хочет, чтобы его не перегружали, «не прогибали», не заставляли, не принуждали… Очень близко коллегам универсальное правило: «уважай себя, уважай других и уважай место, где ты находишься». Сейчас уже многие начали понимать ценность практического опыта РГБМ и интенсивно заимствуют эти адекватные методики.

Сегодня люди хотят приходить в комфортные, удобные помещения, оснащённые современными коммуникационными технологиями — теми, с которыми они имеют дело во внебиблиотечной среде. У пользователей должно возникать ощущение от библиотеки как от защищённой и дружелюбной территории, привлекательной и соответствующей их стилю жизни. В этой связи и важно адекватно переосмыслить роль и функции современных библиотек — вне стандартной схемы традиционной библиотеки и её обычного функционала.

Внешними привлекательными посылами модернизации деятельности публичных библиотек выступает реорганизация пространства — выделение площадей для общественного пребывания людей, встреч и неформального общения. Нет сомнения в том, что в библиотеках значимой составляющей продолжат оставаться книги, журналы, аудио- и видеоматериалы, электронные ресурсы и другие носители контента, а богатство, разнообразие и релевантность её документного фонда останутся ключевыми индикаторами оценки функционального потенциала. Но, при этом, знаниевая и информационная функции публичных библиотек перестают быть самодовлеющими и главенствующими. На первый план выступает социально-коммуникационный аспект. Именно эту мысль мне хочется особо чётко артикулировать!

 
Вопросы задавал Евгений ХАРИТОНОВ

 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*